Собаки в легендах и мифах народов мира

  • 18.09.2017
  • Теги: Магия животных

Магия собаки в мифах и легендах

Собака — одно из самых распространенных животных. Собака живет с человек и в сельской местности и в городских квартирах. Наверное, уже невозможно найти даже в городе дворик, в котором бы на рассвете не выгуливали собак.

Такая популярность собаки, конечно же, не случайно. Многие люди подсознательно чувствуют, что собака таит в себе очень мощные магические свойства. Недаром в «Авесте», древнейшим религиозном и культурном памятнике Востока говорится — «Умом собаки держится мир».

Кстати там же сказано и следующие: «Собака – сторож и друг, данный тебе… Она не просит у тебя ни одежды, ни обуви. Она помогает тебе ловить добычу, она караулит твое имущество, она забавляет тебя во время твоего досуга. Горе тому, кто ее обидит или пожалеет для нее здоровой пищи. Душа такого человека после смерти будет бродить вечно в уединении: даже собака не выйдет к ней навстречу».

В отличие от остальных животных, магические свойства собаки наиболее близки человеку. С ними в этом плане не могут сравниться даже кошка и корова. Вот поэтому, пожалуй, и невозможно не найти другого такого животного, которое было бы так сильно преданно человеку.

Прекрасным подтверждением такой привязанности собаки к людям служит новоассирийская притча:

У одного человека была собака, которая долгие годы сторожила его дом и сад. Но пришло время, собака состарилась, и тогда человек решил больше не держать у себя пса, а утопить его. Он посадил в лодку собаку, которой привязал на шею камень, и поплыл на середину реки. Там он бросил собаку в воду. Но от резкого толчка лодка покачнулась, человек не удержался, упал в реку и стал тонуть. Петля с камнем соскользнула с мокрой шеи собаки, и она оказалась на свободе. Но вместо того, чтобы спасаться от человека, который хотел ее утопить, она изо всех сил кинулась его спасать. Собака схватила его зубами и вытащила на берег. Человек остался жив и вместе с собакой вернулся домой. Он стал заботлив и ухаживал за ней, пока она была жива. И с тех пор больше никто в деревне не пытался убить собаку.

Собаки настолько почитались людьми, что иногда им даже воздвигали мраморные памятники, как, например, собаке по кличке Сотер. Считается, что она и еще сорок девять собак спасли от врагов древнегреческий город Коринф.

Легенда гласит, что в одну из ночей, когда внутренний гарнизон спал, приплыла неприятельская флотилия, и на подступах к городу завязалось сражение с псами, верными охранниками. Помощь людей подоспела, когда в живых осталась лишь одна собака по кличке Сотер. Неприятель был разбит, а цитадель спасена, Сотер же получил в награду за свою храбрость серебряный ошейник с надписью «Сотер — защитник и спаситель Коринфа.

Собака была священным животным многих богов. Так, например, Анубис представлялся жителям Древнего Египта в виде человека с головой шакала или собаки (иногда просто в виде шакала или собаки). Он сопровождал души усопших в зал судилища, где взвешивались их сердца (символ души) на специальных весах, уравновешенных истиной. Центром культа Анубиса считался Кинополь (в исконном названии — Каса) — «город собак». И если кто из жителей других городов убивал собаку из Кинопля, то это считалось достаточным поводом для объявления войны.

Также в царстве Аида, на берегах священной реки Стикса чудовищные собаки сопровождали свиту богини Гекаты (в греческой мифологии богиня мрака, ночных видений и чародейства), которая считалась помощницей при колдовстве. Кроме того, она насылала на спящих людей кошмары и тяжелые сны.

Кстати интересно, что существовало поверье, будто из всех живых созданий, включая и человека, эту богиню могли видеть только собаки.

Собака сопровождала и других богов — Артемиду (в греческой мифологии богиня охоты, дочь Зевса и Лето, сестра Аполлона), Диану (в римской мифологии богиня растительности, родовспомогательница, олицетворение луны), Гермеса (в греческой мифологии вестник богов, покровитель путников, проводник душ умерших и покровитель эзотерического знания), Меркурия (в римской мифологии бог торговли), Ареса (в греческой мифологии бог войны), Марса (в римской мифологии бог войны) и многих других.

О происхождении собаки существует большое количество легенд. Так, согласно легенде калифорнийских индейцев племени Като. Бог Нагайхо сотворил мир из ничего, создал все вещи, явления природы и живых существ. Но собаку ему не пришлось создавать, потому что она была всегда.

А вот одна из восточных легенд о происхождении борзой:

Однажды царь Соломон, согласно повелению Бога, приказал всем животным собраться вместе, чтобы каждое из них могло бы высказать свои нужды и пожелания и взамен выслушать наказ Творца, как относится друг к другу. По зову царя собрались все звери за исключением ежа. Разгневанный таким неповиновением царь обратился к ним с вопросом:

—Не вызовется ли кто-нибудь отправиться на поиск ослушника?

Нашлось всего два охотника — лошадь и собака.

—Я найду непокорного, я выгоню его из логова, но я не в состоянии буду взять его — для этого слишком велик мой рост и к тому же ноздри мои не защищены от уколов ежовых игл.

Собака же заявила:

—Мне не страшны колючие иглы, но моя морда слишком толста, и я буду не в состоянии просунуть ее в логово ежа в случае, если он скроется туда прежде, чем я схвачу его.

Выслушав это, Соломон произнес:

—Да, вы правы. Но я не хочу безобразить лошадь, уменьшая ее рост, это было бы очень плохой наградой за ее усердие и повиновение. Лучше же я прибавлю красоты собаке, чтоб наградить ее за высказанное рвение.

Сказав это, царь взял морду животного обеими руками и до тех пор гладил ее, пока она не сделалась совершенно тонкой и заостренной. Тогда все присутствующие увидели, что собака превратилась в стройную изящную борзую. Оба добровольца немедленно пустились на поиски и вскоре представили царю упрямое животное. Царь Соломон был очень доволен, ежа строго наказал, а к лошади и собаке высказал особую милость:

—Отныне вы будете спутниками человека и первыми после него перед лицом Бога.

А вот парода собак Чау-чау, согласно легендам, происходит от союза волка и медведя панда.

На Тибете верили, что Чау-Чау обладает ярко выраженными сильными телепатическими способностями. Поэтому собак это породы разводили тибетские монахи.

Считалась, что собака становилась для медитирующих монахов «сторожем тела», которое временно покидала душа пребывающего в духовной практике монаха. Как гласили тибетские тексты: «дабы ничей злой дух или иная сущность не вселилась в покинутую оболочку, а душе хозяина было бы куда вернуться».

Процесс достижения просветления длился иногда три пять дней и все это время Чау неотступно находился на месте и поддерживал телепатический контакт с медитирующим.

У многих народов широко распространен мотив происхождения людей, вождей, родоначальников целого рода от связи с собакой. Так, например, в мифологии народа лепча (тибето-бирманская группа) изо льда священной горы Канченджанга бог Ташетинг создал первого мужчину Фуронгтхинга и первую женщину Назонгньи. Фуронгтхинг по ночам вступал в сношения с собакой. Дети же у Назонгньи рождались животными. Когда бог узнал о связи Фаронгтхинга с собакой, то приказал чтить ее. Тогда у первых людей родилось поколение детей в человеческом образе. Но эти дети убили младшего, самого красивого мальчика. За это отец и мать изгнали их с Канченджанги, и от детей произошло человечество.

У киргизов сохранилась легенда о происхождении их от красной собаки. Рассказывают, что после набега врагов от всех киргизских племен осталась лишь дочь хана. У нее была красная собака, от которой она прижила детей. Они и стали родоначальниками киргизов.

У айнов тоже есть легенда, в которой повествуется о происхождении айнов от первой женщины на земле и собаки.

Также свое происхождение от собаки ведут и народы группы мяо-яо, которые обитают на больших пространствах Южного и Юго-Западного Китая и Северного Индокитая. Два основных народа этой группы – мяо и яо — называются так в Китае, в странах Индокитая они соответственно известны как мео и зао.

Миф о собаке наиболее представлен у яо. В мифе повествуется, что однажды правитель большой страны (иногда называется древнекитайский император Гаосин) вел тяжелую войну. Не надеясь уже на победу, он объявил, что победителю вождя врагов он отдаст дочь-принцессу. Вскоре с головой врага пришла жившая во дворе пятицветная собака Паньху. Императору пришлось отдать за нее дочь. Пес увел жену на юг в горы, где у этой пары появились потомки — яо.

В честь предка Паньху стали проводить празднества, а женщины носить головной убор, похожий у одних мяо и яо на уши собаки, у других на головной убор принцессы. У мужчин сзади свешивается повязка в виде хвоста.

У яо собака Паньху выполняет также функции главного духа-хранителя и защитника. Паньху помогал яо в их древних странствиях по морю. В домах яо устанавливается алтарь, посвященный Паньху.

Иногда собака у яо выступает культурным героем. Так, у ляньнаньских (в Китае) яо считается, что зерна риса им впервые в своей шерсти принесла собака.

Также в некоторых традициях собака выступает и в роли Хлебного Духа. Так, например, такое представление о собаке распространено во Франции, в Германии и в славянских странах. Так, когда волны хлеба колышутся на ветру, крестьяне нередко говорят: «В поле бешеная собака», «Там большой пес».

В некоторых районах Силезии Пшеничной собакой или Гороховой собачонкой называют лицо, сжавшее или связавшее последний сноп. Но особенно ярко представление о Хлебной собаке проявляется в жатвенных обычаях на северо-востоке Франции. В случае, если кто-нибудь из жнецов, будь то из-за болезни, усталости или лености, не может или не хочет поспевать за ушедшим вперед товарищем, местные крестьяне говорят: «Это рядом с ним пробежала белая собака», «Он завел белую суку», «Его укусила белая сука».

В некоторых странах особенно почиталась собака. Так, например, различные племена Эфиопии верили в существование Бога в образе собаки. Они усматривали одобрение какого-либо дела по вилянию собачьего хвоста. Чем активнее было виляние, тем богоугодное дело. Если собака вылизывала человека, то это воспринималось как великая милость Всевышнего, а злобный лай собаки в их понимании означал его явное недовольство.

В некоторых сказаниях африканских народов собака является добытчицей огня. В древних поверьях племени химба говорится, что Творец послал к людям собаку с пылающей ветвью. С тех пор собакам разрешено спать у огня.

В племени ньянга считается, что говорящая собака Рукуба украла у бога Ньямурайри огонь для людей. За это люди навеки подарили ей свою дружбу.

Сейчас, собака, воспринимается нами как «лучший друг человека», но не всегда и не все народы так считали. Так во многих суевериях она предстает перед нами в совершенно неожиданном свете: собака и житель потустороннего мира, и вестник смерти, несчастий, и демон моровой заразы.

Нередко собаку связывали и темной стороной жизни, а в частности, в обликах собак иногда выступали и демоны ада и злые духи. Так, например, 25-й дух трактата «Lemegeton», могущественный губернатор преисподней Гласиа Лаболас при вызове его магом появляется в форме собаки с крыльями грифона. Он моментально обучает всем искусствам, рассказывает обо всех явлениях прошлого и будущего, вызывает любовь друзей и противников, а также может сделать человека невидимым. Но он же является виновником кровопролитий и вождем человекоубийц.

А по словам Филострата во время чумы в Эфесе Аполлоний Пианейский приказал толпе побить камнями одного нищего старика. Когда после казни разрыли груду камней, покрывавшую несчастного, под ней оказался труп собаки, а эпидемия же после этого прекратилась.

Вообще, надо сказать, что зловещее значение собак признавалось многими народами. Ночной вой собак в некоторых случаях или внезапное появление их в доме вызывали у людей суеверный страх: это считалось предвестием смерти или несчастья.

Часто собака связывалась и с миром мертвых, считалось, что в особой связи с загробным миром находятся собаки черной масти. Верили, что они видят ангела смерти, когда тот приближается к человеку.

Эти же свойства приписывали и собаке, имеющей светлые пятна над глазами, и собаке первого помета. Считалось, что от ее взора не может скрыться ни одно привидение. Но вырастить ее очень трудно, так как колдуны всячески стараются ее извести.

В некоторых странах говорили, будто перед смертью человека таинственный черный пес трижды обегает вокруг дома или ложится у его ворот.

Также у некоторых народов существовали представления о собаке как душе человека, блуждающей по земле. Так, например, жители Сиама верили в особых демонических людей, у которых в глазах отсутствовал зрачок. Они считали, что ночью, когда те спят, их души будто бы превращаются в собак или диких кошек, рыщут по свету и лишь на заре возвращаются назад.

Кстати, подобное говорят и о ведьмах: в то время, как тело ведьмы погружено в сон, ее душа в виде черной собаки, кошки или летучей мыши странствует по свету.

У многих народов существовало поверье, что ведьма особенно охотно оборачивается собакой. И довольно часто можно было услышать рассказ о человеке, который, искалечив попавшуюся ему ночью собаку, на другой день убеждался, что он причинил увечье своей соседке — колдунье. Подобные мотивы очень часто встречаются и в мировой литературе, например у Гоголя или в китайских сказках.

А вот одно из народных сказаний о появлении души покойника в образе собаки: «Как-то раз два христианина убили турка, он стал собакой и появлялся не только ночью, но и в полдень, нападая на стада и душа овец».

По немецкому поверью в виде черных собак, с красными глазами скитаются по ночам души самоубийц, предательски убитых людей и великих грешников — развращенных священников и несправедливых судей.

По польскому поверью в образе собак выходят из воды души утопленников, возвращаются на свет души ведьм и самоубийц.

Со временем образ собаки-души постепенно превращается в поверьях в собак-демонов, которые в христианском мире отождествляются с чертом. Они обыкновенно бродят вокруг могил и кладбищ, нередко также переносятся в страну мертвых или в ад.

Еще чаще собаки являются проводниками на тот свет или стражами преисподней, например, известный Цербер – трехглавый пес, на шее которого шевелились змеи. Согласно греческой мифологии он сторожил выход из подземного царства Аида, чтобы души мертвых не могли возвратиться обратно на землю. Отсюда и пошло поверье класть в гробы медовые пряники. Это делалось для того, чтобы Цербер не сжирал тела усопших.

Интересно, что рассказывают, будто Пифагор рекомендовал держать собаку у рта умирающего, поскольку именно это животное достойно получить отлетающую душу и сохранить ее навсегда.

В Персии долгое время существовал обычай показывать собаке тело покойного. Весьма характерно то, что в случае смерти беременной женщины в комнату вводились две собаки.

Гуроны верили в то, что душа умершего на своем пути в загробном царстве должна перейти через мост, где на нее нападет собака.

У эскимосов был обычай класть в детские могилы черепа собак, чтобы собаки могли защищать души детей в загробном мире.

В некоторых традициях собаку использовали и как своеобразного «козла отпущения». Так, например, жители Западных Гималаев раз в год поят собаку спиртом или гашишем и, накормив сладостями, проводят по селению и спускают с привязи. За животным пускаются в погоню и убивают его палками и камнями, полагая, что теперь они на год застрахованы от болезней и других напастей.

А в других местах бытовал обычай на Новый год подводить собаку к двери, давать ей кусок хлеба, а затем прогонять ее со словами: «Убирайся, собака! Если до конца года в этом доме должен случиться мор или падеж скота, пусть все это обрушится на твою голову».

Собаки в мифах и легендах

Собака, наиболее близкое человеку животное, олицетворяет такие добрые качества как верность, бдительность, привязанность, искренность и послушание. В некоторых традициях она выполняет функции культурного героя, мифического первопредка, принесшего людям огонь. Кроме того, собака, посвященная богам войны, может быть образом храброго и решительного воина, символизировать силу, мужество и активное внимание.

Будучи помощником человека, собака ведет его по дороге к цели. Собака сопровождает человека в течение дня жизни и является его проводником через ночь смерти. Великие проводники душ, такие как Анубис, Геката и Гермес изображаются с головой собаки или имеют собаку в качестве своего атрибута. Во многих мифологиях собака охраняет границы между мирами, является стражем и владыкой подземного мира, где властвуют хтонические и лунные божества. Это мир снов, царство тьмы, другая сторона жизни, где, однако находится точка, в которой смерть становится возрождением. Здесь происходит возвращение к истокам, это энергетический центр, где пребывают силы возобновления.

В Древнем Египте встречаются кинокефалы, божества с головой собаки. Их задача — бороться с чудовищами, уничтожать врагов света и охранять вход в священные места. Анубис, покровитель умерших, почитался в различных образах — черного шакала, дикой собаки Саб, в виде человека с головой шакала или собаки. Анубис-Саб считался судьей богов. Его основные эпитеты «Хентиаменти», то есть тот, кто находится перед страной Запада (царства мертвых), «владыка Расетау» (царства мертвых), «стоящий перед чертогом богов». Анубис из «другой стороны жизни» принимает покойника, сопровождает его до берега на барке мертвых и присутствует при взвешивании сердца. Именно Анубис мумифицирует труп Озириса.

Читайте также:  Собака в комиксах: фокстерьер Мелок, акита Гин, Снупи и другие

Черный Анубис связан с первым этапом алхимического процесса, «черным деланием», которое в психологическом плане означает вхождение в хаос, разъединение, распад. Древние греки отождествляли Анубиса с Гермесом.

В греческой мифологии собака — это атрибут Гермеса, посланника богов, покровителя путников, проводника душ умерших. Являясь психопомпом, подобно Гермесу, собака в то же время обладает способностями целителя и сопровождает бога медицины Асклепия (Эскулапа). Она может исцелять, давать рождение, новую жизнь.

Чудовищный трехголовый пес Кербер охраняет вход в мир мертвых, Гадес. Он охранник владений Гадеса, куда прибывают мертвые в лодке Харона. Гадес — это страна теней, но внутри, в ее глубинах, хранятся сокровища. Это богатства внутреннего, духовного мира, которые охраняет Кербер.

С подземным миром связана и Геката, хтоническая богиня мрака, ночных видений и чародейства, которая появляется в облике собаки или в сопровождении своры собак, «псов войны». Геката выступает в образе божества, связывающего два мира — живой и мертвый. Она олицетворяет мрак, вместе с тем это лунная богиня, близкая Селене и Артемиде. Артемида, дева-охотница, покровительница леса и диких животных, владычица циклов времени, ее тоже сопровождает собака.

В Древней Индии Индру, царя богов, сопровождает собака Сарама («быстрая»), которой посвящен один из гимнов в «Ригведе». Индра посылает Сараму на поиски пропавших коров к паниям, а затем освобождает их из плена. Сарама — мать двух чудовищных псов, Шарбаров, охраняющих царство Ямы. Эти четырехглазые псы с широкими ноздрями, стражи и вестники Ямы, «царя мертвых», бродят среди людей, высматривая свою добычу — людей, которым суждено умереть.

В Древнем Иране есть предание, что на Древе Всех Семян сидит Сенмурв, священный пес Ахурамазды, покровитель зародышей и всходов. Он изображается крылатым и покрытым рыбьей чешуей, что символизирует господство в трех стихиях — в воздухе, на земле и воде. Каждый раз, когда он подымается, у дерева вырастает тысяча ветвей; когда он садится, он ломает тысячу ветвей и рассеивает их семена.

У зороастрийцев собака — второе по святости существо после человека, «самое любезное творение». Кормление собаки, в том числе ритуальное, имеет большое значение: пища, данная собаке, предназначается для душ умерших; время кормления собаки — сразу после захода солнца — принадлежит фравашам, душам умерших. Для выполнения погребальных обрядов в зороастризме используют белых «четырехглазых» собак (с темными пятнами под глазами). «Четырехглазость» подразумевает способность собак видеть саму смерть, с чем связан ритуал «сагдид» («взгляд собаки», «осматривание собакой»), когда собака своим взглядом прогоняет от мертвого тела дэва трупной скверны. Две собаки стерегут мост Чинват, ведущий в мир иной.

У ацтеков Шолотль, брат-близнец Кецалькоатля, имеет голову собаки. Собака, как Шолотль, который сопровождает Солнце в его путешествии в подземном мире, могла провести умерших к месту вечного пребывания. Шолотль, Венера вечерняя, вместе с Кецалькоатлем, Венерой утренней, отправляется в Миктлан, царство мертвых, за костями людей прежних эпох ради создания людей нового поколения; он помогает Кецалькоатлю избежать коварных ловушек Миктлантекутли, владыки подземного царства, и вернуться из царства мертвых, получив желаемое. Десятый день календаря ацтеков является днем пса. Последним, тринадцатым, знаком мексиканского зодиака, представляющим период хаоса, безвременье, было созвездие Собаки, связанное с понятием смерти и, одновременно, с воскресением, возобновлением.

В кельтской мифологии собака сопровождала богов охоты, войны и героев, а также бога-целителя Ноденса. Одним из атрибутов солнечного бога Луга был волшебный непобедимый пес, знаменитый еще и тем, что «. стоило ему в ручье омыться, как воды в нем текли вином и молоком».

В ирландской традиции Кухулин — главный герой многочисленных саг. В раннем возрасте он отличился тем, что убил чудовищного пса кузнеца Кулана. Имя Кухулин — «Пес Куланна» — герой получил после того, как вызвался заменить убитую им собаку в качестве сторожа.

В скандинавской мифологии демонический пес Гарм является стражем подземного мира. В последней битве перед концом мира он вырвется на свободу и вступит в бой с асом Тюром. В этом сражении оба погибнут.

В древней мифологии славян в крылатую «собаку — птицу» мог воплощаться солнечный бог Семаргл , входивший в число семи божеств древнерусского пантеона. Семаргл символизировал Солнце летнего солнцестояния и считался охранителем посевов.

Предки верили в дар предсказания этих животных, которые предчувствовали пожар, несчастье, смерть. Раздвоенность образа собаки, его «нечистота» проявляется в тех легендах и сказаниях, где речь идет о способности ведьм и упырей превращаться в собак.

В символизме христианства собака означает верность, бдительность, охрану, а иногда становится аллегорией священника, «доброго пастыря». Как хранитель стад собака олицетворяет епископа или проповедника. Черные и белые собаки — знаки ордена Доминиканцев.

Собаку и волка можно рассматривать как два взаимодополняющих аспекта одного символа. Символически собака является светлой стороной волка. К примеру, у Аполлона, сияющего повелителя Солнца, друг — волк, тогда как у его сестры, Артемиды, лунной богиня — собака.

Собаки в легендах и мифах народов мира

С давних пор, древнейшие спутники человека собаки, будоражат наше воображение. О самых преданых четвероногих друзьях сложено немало легенд и мифов.
В религиях народов мира можно проследить существование культа животного. Властелин Олимпа Зевс, являясь людям, превращался то в быка, то в лебедя, то в орла. Богиня-мать Исида принимала облик человека с коровьими рогами, а бог Пан шагал, опираясь на козлиные ноги. Древнегреческий бог Анубис представал перед людьми то с собачьей, то с шакальей головой.

В мифах большинства народов собака выполняет роль посредника между людьми и потусторонним миром. Вой собаки часто ассоциируется с предвестником чьей-то близкой или только что наступившей кончины. Египетский бог смерти Анубис, изображавшийся с телом человека и головой собаки, сопровождал усопших в мир иной. Его изображения обнаружены на стенах погребальных камер и гробниц Египта. Он конвоировал души умерших в зал судилища для “взвешивания” их душ на специальных весах, используя в качестве разновесов легчайшие пушинки.

В Египте существует миф об Анубисе, сыне Осириса. Мать Анубиса, опасаясь гонений со стороны всесильной сестры Исиды, спрятала его на берегу моря. Анубису, оставшемуся без воды и пищи, грозила голодная смерть. Однако, Исида, сжалившись, отправила на его поиски собаку, которая нашла его и вскормила своим молоком. Анубис выжил и, повзрослев, принял облик бога с телом человека и головой собаки.

По свидетельству древнегреческого историка Геродота, в Древнем Египте собаке отводилась роль не только охотника, охранника имущества, стража или развлекателя подрастающего поколения, но, прежде всего, божества.

Смерть собаки вызывала погружение домочадцев в глубокий траур. Тело усопшей собаки бальзамировали, оборачивали тонкими тканями и торжественно относили на специальное кладбище для собак, существовавшее в каждом городе. В соответствии с тогдашним обычаем, египтяне брили головы и длительное время не прикасались к еде.

В честь собаки египтянами даже был построен специальный город Кинополис (Город собак). Если кто-то из жителей других городов убивал собаку из Кинополиса, его население считало это достаточным поводом для объявления войны.

Пытавшихся спрятать тело убитой собаки, все равно находили. Видимо, отсюда и пошло выражение: “Вот, где собака зарыта!”

Персонаж древнегреческой мифологии – трехглавый адский пес Цербер, шея которого была “украшена” грозно шипящими змеями, сторожил выход из мрачного царства Аида от попыток душ умерших вернуться в мир живых. Он впускал туда всех, но не выпускал обратно никого. Чтобы Цербер не сжирал тела усопших, в гробы клали медовые пряники с целью задобрить грозного стража. Лишь Орфею и Гераклу удалось дважды пройти мимо него и вернуться из Аида.

Там, в царстве Аида, на берегах священной реки Стикс водились чудовищные собаки, сопровождавшие свиту великой богини Гекаты. Безлунными ночами она блуждала по дорогам и мимо могил, сопровождаемая собаками, всякого рода привидениями и чудовищами, насылая на спящих людей жуткие кошмары и ужасные сны. Геката считалась помощницей в колдовских делах, чтобы задобрить ее, люди приносили ей в жертву собаку.

Многие ученые древности полагали, что собака обладает божественной сущностью. Греческий философ Сократ имел обыкновение клясться собакой, а премудрый Платон считал ее большим философом.

По возвращении из Египта в Грецию, математик Пифагор настоятельно рекомендовал своим последователям держать собаку у рта умирающего, так как считал, что только эти животные достойны принять отлетающую душу человека, чтобы сохранить его добродетели.

В культах Древней Греции, Рима, Индии, Ирана, Мексики и других стран собака выступала в качестве “охранника” загробного мира душ усопших. По свидетельству великого Гомера, только верный пес Аргус признал постаревшего Одиссея, вернувшегося из долгих странствий и похождений в родной дом и начавшего наводить там надлежащий порядок.

Боги древних греков применяли собак и на охоте, например, богиня Артемида превратила охотника Актеона, проявившего непослушание, в оленя.

Интересно распространение древними греками области почитания собаки на небесные сферы. Восходом Сириуса, признанного звездой собаки, начинался новый год у афинян, а собака легендарного охотника Ориона в знак уважения была превращена древнегреческими астрономами в ярчайшее созвездие на лике Вселенной.

Обратил внимание на собаку и другой известный человек античной Греции – знаменитый Диоген, следовавший в своей жизни заповедям свободы: её символом он считал бездомную бродячую собаку, которая не обременена необходимостью придерживаться правил приличия.

Александр Македонский, познакомившийся с Диогеном, услышал от него такой совет: “Приобрети себе собаку, которая за тебя будет облаивать людей, не нравящихся тебе”.

На что Александр воскликнул: “Если бы я не был Александром Великим, то хотел бы быть Диогеном!”

Культ собаки существовал в Перу задолго до культа солнца. Индейцы Аляски вели свое происхождение от местных собак лаек. Эскимосы в древности также считали собаку своим тотемом. Не были исключением индейцы Северной и Южной Америки. Они считали, что их Бог Нагайхо сотворил мир из ничего, создал все вещи, явления природы и живых существ, кроме собаки, которую ему не пришлось создавать, так как, по их мнению, она была всегда.

У ацтеков Северной Америки собака считалась священной. Согласно их воззрениям, душа человека может спастись после его смерти с помощью собаки, которая поможет найти душе человека верный путь в потусторонний мир. Поэтому перед смертью ацтек обязательно смотрел на свою собаку, обнаруживая в ее преданных глазах готовность исполнить любое желание хозяина.

По поверьям индейцев племени сиу, конец света наступит тогда, когда взобравшаяся на Луну старуха закончит вязание корзины. Но всякий раз, когда бабка должна вот-вот завершить свою работу, Большая Собака успевает проглотить бабушкину корзину и тем самым спасает человечество от страшной катастрофы. И по их мнению, именно это является причиной периодических лунных затмений.

В прошлом, папуасы Новой Гвинеи были убеждены в том, что гром вызван лаем собаки, охраняющей границы государства мертвецов. Они также полагали, будто огнедышащей собаке, охраняющей врата рая, за верную службу полагаются все поступающие в рай девственницы.

В сказаниях некоторых африканских народов собака выступает как добытчица огня. Например, племя бако считает, что Всевышний послал людям собаку с пылающей ветвью. С тех пор собакам позволено спать у огня. В другом африканском племени считалось, что людям огонь принесла говорящая собака Рукуба, украв его у бога Ньямурайри. С тех пор существует дружба между человеком и собакой.

Когда-то различные племена Эфиопии полагали, что бог существует в образе собаки. Причем своеобразным индикатором одобрения какого-либо поступка было виляние собачьего хвоста: чем оно было активнее, тем богоугоднее. Если же собака вылизывала человека или часть его тела, то это считалось великой милостью Всевышнего. И, наоборот, злобный лай собаки определенно воспринимался как проявление божьего недовольства. А рычание пса на подданного могло стоить тому головы.

Собаке поручались не только души, но и тела людей. В некоторых странах мира тело усопшего подвергалось поеданию собаками или другими хищными животными. Одним словом, у большинства народов древности собака была окружена большим почетом.

О том, что собака занимала высокий ранг в обществе древних предков туркмен, говорит тот факт, что их бог – Ахура Мазда – весьма гордился тем, что его пес “самоодет, самообут, бдителен, острозуб, рожден охранять людское добро”.

Культ собаки был распространен и в древней Месопотамии, куда собаки попали из Центральной Азии еще в незапамятные времена. По преданию древних месопотамцев, именно собака с четырьмя желтыми глазами охраняла мост, ведущий душу покойника в потусторонний мир.

Избиение собаки осуждалось древними ассирийцами и вавилонянами как преступление. Они считали, что убить человека – меньший грех, нежели скормить собаке дурную пищу. Ибо – заявляли древние мудрецы – “не может дом существовать сам по себе, без овчарней собаки, без домашнего пса”.

В трех крупнейших мировых религиях собакам приписывается отрицательная роль. У христиан они считались нечистыми животными. Это негативное отношение было и у евреев. Правда, у иудеев есть легенда, реабилитирующая собаку, которая, будучи верным спутником человека, удостаивается чести после смерти попасть на небеса.

У мусульман, у которых собака также считается нечистым животным, некоторые особо отличившиеся верностью собаки имеют право попасть в рай. В 18-ой суре Корана содержится притча о семи спящих. Вот ее содержание.

Семь правоверных молодых мужей, преследовавшихся за веру, скрылись от гонителей в горной пещере.

Один из них взял с собой любимого пса по имени Китмир. Остальные, опасавшиеся того, что собака лаем выдаст их, попытались прогнать ее. Тогда Китмир, которому Аллах даровал способность говорить человеческим голосом, сказал:

“Я люблю каждого, кто дорог Аллаху. Идите же и спите спокойно, а я буду охранять ваш сон!”. Так и случилось: 309 лет подряд охранял верный пес покой спящих, пока их не обнаружили в добром здравии.

Но, в то же время, как и в древности, так и в средние века суеверное отношение к собакам, что называется, било через край. Например, пес черного окраса воспринимался маскировочной оболочкой дьявола.

В легендах старой Англии черная собака всегда несла зло, являясь предвестником всякого рода несчастий, болезней, смерти. В Уэльсе, например, все были твердо убеждены: если вблизи дома умирающего человека появляется черная собака, значит душа покойника на том свете обречена на муки вечные.

В XV веке в Европе полагали, будто собака дружит с темными силами. Прежде всего это касалось особей черной масти. Черная собака и дьявол в мышлении средневекового человека ассоциировались со зловещим союзом сил мрака.

В тогдашней Европе широкое распространение получило следующее предубеждение: собаки обладают способностью общаться со всякого рода потусторонними силами. Случалось, что ни в чем не повинных собак – в первую очередь черных – на процессах “ведьм” казнили повешением.

До сих пор чешские пастухи предпочитают собак белой масти. Они считают, что черные собаки могут нанести вред скоту. Однако по их представлениям заболевшую скотину может излечить черная же собака. Для этого достаточно в миску с водой положить горящие угли, а затем облить этой водой черного пса, и все болезни скотины тут же перейдут на собаку.

Еще в XIII веке во Франции существовал культ святого Кинофора. Его имя в переводе с греческого означает “собака”. Святой Кинофор являлся покровителем собак.

Легенда гласит, что некий хозяин незаслуженно убил свою собаку мечом. Вскоре после этого его замок сгорает, что было воспринято служащими как возмездие Всевышнего. Они стали поклонятся могиле собаки. Святой Кинофор возвел эту собаку в ранг святых. С тех пор на собачьей могиле стали происходить чудеса: исцелялись больные и увечные.

Несмотря на то, что в средневековом Китае считалось, что собака отпугивает злых духов и прочую нечисть, к черным собакам относились с предубеждением. По мнению китайцев, собаки черной масти могли накликать на хозяев беду.

Однако и сейчас суеверию людей нет границ. В Индии очень популярна йога для собак, занятия которой проводятся в специальной школе йоги. Примерно двести человек, в основном женщины, регулярно приводят своих питомцев на часовые занятия. Поклонники этой школы утверждают, что йога поможет избавить животных от дурного глаза, наветов и всякого рода болезней.

И все же люди пронесли свою любовь к собакам из глубины веков вплоть до сегодняшнего дня, а те, в свою очередь, отвечали на это взаимностью, преданностью, верностью истинных друзей человека.

В Туркменистане тоже существует ряд обычаев и обрядов, связанных с собакой.

Жалобный вой собаки считается нехорошей приметой. В этом случае проводят обряд-худай ёлы – символическое подношение духам во избежание несчастья.

Согласно древнему обычаю, родившегося первенца, перепеленав, клали перед собакой. Если собака, обнюхав ребенка, удалялась, то тогда говорили: “Значит, он ей не нужен”. А раз так, значит, его и смерть не возьмет. Вот почему этого ребенка нарекают именем “Италмаз”, что в переводе означает “собака не возьмет”.

Собака в мифологии и легендах разных стран

С древнейших времен собака была верным другом человека: она помогала ему на охоте, охраняла его скот от хищников и жилище — от воров, играла с ребятишками, а народы Севера издавна использовали собак и в качестве ездовых животных.

Читайте также:  11 видов животных, которых больше нет! Фото

Неудивительно поэтому, что за собакой закрепилась позитивная символика преданности и верности.

Острое природное чутье четвероногого друга сделало его эмблемой бдительности. У китайцев и японцев, высоко ценивших самоотверженность верного сторожа, собака — символ надежной защиты.

В мифологии собаку часто связывали с богами подземного Царства Мертвых: египетским Анубисом, индуистским Ямой, греческими Аидом и Гекатой и т.д. В загробном мире собака исполняла либо роль проводника душ умерших, либо охраняла ворота ада. В последнем случае адскому псу придавалась соответствующая внешность.

Так, Цербер, страж греческого ада, имел три песьи головы, издававшие грозное рычание.

Из смрадных пастей Цербера на землю капала ядовитая слюна, на шее вместо ошейника извивались шипящие змеи, а хвост его оканчивался зубастой головой дракона. Это чудовище надежно охраняло ворота загробного царства Аида, и лишь величайшему герою Эллады, Гераклу, удалось его укротить и доставить ко двору микенского царя Эврисфея (11-й подвиг Геракла).

Почему же собака в мифах имеет отношение к смерти и Царству Мертвых? Дело тут, по-видимому, в ее обостренном чутье. Часто люди не могли понять, почему собака настораживается, начинает лаять или выть без видимой для них причины. Из этих наблюдений за ее поведением родилось поверье, будто собака способна видеть духов.

До наших дней сохранилось древнее суеверие, что собака воет к покойнику, поскольку она видит или чувствует подкрадывающуюся к человеку Смерть. Все эти поверья и сделали собаку спутницей древних богов смерти. Что же касается ее функций в загробном мире, то они аналогичны земным.

Чудовищные псы, враждебные людям, встречаются в мифах разных народов . Чаще всего они олицетворяют непонятные, а потому и страшные, явления природы.

В корейских мифах, например, фигурируют «огненные собаки» пулькэ или хвагу, пожирающие солнце и луну. Они, таким образом, признаются виновниками солнечных и лунных затмений.

В скандинавской мифологии злобный гигантский пес Гарм, олицетворение разрушительных стихийных сил, сорвавшись с цепи, приковывавшей его к скале Гни-пахеллир, угрожает гибелью всему человечеству, но могучий Тор, спасая богов и людей, убивает чудовищного пса.

Наряду с чудовищными адскими псами в мифологии древних действуют и добрые божества в собачьем обличье.

Древние китайские символы – легендарные собаки «фу», императорские покровители в фэн шуй являются очень сильным символом защиты.

Традиционно их размещали перед роскошными дворцами, храмами, правительственными учреждениями, подобно средневековым горгульям, охраняющим средневековые замки. Кроме того, собаки «фу» – символ высокого социального положения , материального благополучия в отдельно взятой семье, их любят помещать перед богатыми домами.

Самое главное, что характеризует собак «фу» – связь между ними и Буддой. Внешне они напоминают существ с львиной головой и рожками на ней, часто с телом оленя, покрытым чешуей и с немного завитым хвостом. Название, которое дали собакам «фу», происходило от китайского слова для Будды – «фо» и оригинальное название стражей-левособак – «собака фо». Кроме того, животное называют «львом из Кореи».

В армянской мифологии аралезы, духи умерших собак, слетаются с неба на поля отгремевших сражений, усеянные трупами. Они зализывают раны убитых солдат, и некоторые из них оживают.

В мифах абхазов мы встречаем удивительное божество — повелителя собак. Алышкентыр вездесущ и наделен сверхъестественной силой. Разгневавшись, он способен в мгновение ока убить множество собак или напустить на них бешенство. Если же обратиться к нему с молитвой, Алышкентыр может наградить человека необычайно умной и преданной собакой.

В древних мифах и средневековых легендах особое место занимают нелепые предания о кинокефалах — людях с собачьими головами.

Римский писатель и оратор Элиан Клавдий (II—III вв.) причислял к кинокефалам одно из индийских племен. Он отзывался о его представителях как о честных и добрых людях с головами собак, занимающихся охотой и скотоводством, вполне разумных, но лишенных дара речи и способных только рычать.

Знаменитый венецианский путешественник Марко Поло (1254—1324), описывая жителей Андаманских островов, напротив, упоминает о кинокефалах как о диких и злобных людоедах с песьими головами.

О кинокефалах писали и Плиний Старший, и Павел Диакон, и Адам Бременский, и другие известные авторы античности и Средневековья, однако их «авторитетные» свидетельства базировались лишь на непроверенных слухах и досужих вымыслах. Что же касается Марко Поло, действительно повидавшего мир, то он, по-видимому, наблюдал за дикими андаманцами с большого расстояния, опасаясь угодить им на закуску.

В религии народов мира мнения о собаке резко разделились.

Если иудеи и мусульмане считали ее нечистым животным, олицетворением низости, жадности и угодливости, то в «Авесте», священной древнеперсидской книге, утверждается, что собака — наиболее чистое животное, обладающее некой мистической силой для борьбы с полчищами духов мрачного Аримана. В маздеистском культе жизнь собак была поставлена под охрану, а хоронили их с почестями, словно выдающихся людей, в специальных склепах — оссу-ариях.

Многие североамериканские племена индейцев почитали собак как священных животных, а ацтеки даже бальзамировали умерших собак.

В буддизме же отношение к собаке презрительное. Это можно заключить даже из слов самого Будды, сказавшего однажды: тот, кто живет как собака, после смерти и перевоплотится в собаку.

В христианстве собака, образно говоря, вызвала очередной церковный раскол. Католическая церковь признала ее символом верности официальной догматике и бдительности по отношению к ереси и еретикам, а Русская православная церковь усматривала в собаке подлое и греховное существо. Слова «пес», «собака», «сукин сын» и т.д. употреблялись на Руси в качестве бранных. При известии о внезапной гибели вора, подлеца или негодяя русские обычно приговаривали с холодным презрением: «Собаке — собачья смерть!».

В античной иконографии с собачьими головами изображались египетский бог Анубис-покровитель мира мертвых и эллинистический Гермес Трисмегист.

В христианской иконографии собака — верный спутник некоторых католических святых, и прежде всего св. Доминика. Собака Доминика держит в пасти горящий факел, символизирующий пламенную веру. Дело в том, что испанский монах Доминик основал в 1215 году монашеский орден доминиканцев, выполнявший обязанности инквизиции. Благодаря игре слов («Dominus» на латинском означает «Господь», «canes» — «собаки»), доминиканцев, неустанно преследовавших еретиков, прозвали «псами Господними».

Собака является также атрибутом пилигрима Роха и Маргариты Кротонской. Согласно церковным легендам, бредущему через пустыню и умирающему от голода страннику собака принесла хлеба, а Маргариту она привела к месту, где было спрятано тело ее убитого возлюбленного.

В православной иконографии по указанным выше причинам собаке нет места.

В изобразительном искусстве соответствующие качества собаки сделали ее атрибутом нескольких аллегорических фигур: Верности, Обоняния и Меланхолии.

В портретной живописи собака олицетворяет супружескую верность, если она лежит на коленях или у ног женщины.

В геральдике пес, также символизирующий верность, мог изображаться сидящим, стоящим или бегущим, но только в профиль.

В английских и венгерских гербах использовались и профильные изображения собачьей головы.

В российской геральдике, по уже известным читателю причинам, эмблема пса долгое время отсутствовала, однако в XVIII веке, после петровских преобразований и в результате усилившихся контактов с Западом, она все же вошла в русские гербы.

Как правило, эта эмблема употреблялась в качестве «говорящей» (в гербах дворян Собакиных, Собаковых, Борзовых и др.), но в отдельных случаях она несла на себе классическую символику верности. Именно в таком значении, например, собака в золотом ошейнике была изображена в гербе Милора-довичей.

В мировой истории эмблема собаки использовалась и в древности, и в Средние века, и даже в Новейшее время.

В античной Греции она принадлежала философам-киникам (от греч. «куоп» — «собака»). Один из главных представителей философской школы киников, Ан-тисфен, утверждал, что жить следует «подобно собаке», т.е. в полном согласии с природой. Киники, как анархисты древности, отвергали государство и другие политические институты, считали ненужной обузой семью и собственность, отрицали науку, культуру, искусство и т.д. Готовые довольствоваться малым, они стремились к максимальной независимости от общества.

Начиная с мрачной эпохи Средних веков собака неожиданно становится символом палачества.

В Западной Европе эмблему собаки приняли, как уже отмечалось, католические монахи-доминиканцы, особенно «прославившиеся» при подавлении и искоренении альбигойской ереси.

Цветущие провинции Южной Франции, залитые в результате Крестовых походов потоками крови, покрытые руинами и пеплом пожарищ — на их совести, равно как и на совести безжалостных палачей-крестоносцев.

На Руси эмблему собачьей головы носили другие, не менее кровавые палачи — опричники Ивана Грозного. Собачья голова, притороченная к седлу коня опричника, символизировала его слепую преданность царю, готовность повсюду вынюхивать «измену» и выгрызать ее подобно бешеной собаке. Возможно, именно в опричнине и следует искать причину ненависти к собаке Русской православной церкви, сурово осуждавшей кровавый террор стремившегося к неограниченной власти грозного царя.

Еще один подобный пример переносит нас в начало XX века. В ноябре 1918 года в Германии вспыхнуло пламя народной революции. Готовясь к расправе над восставшими рабочими, член германского правительства Густав Носке, словно оправдываясь перед собравшимися на совещание министрами и генералами, заявил: «Кому-то ведь надо быть кровавой собакой!»

Палач утопил революцию в крови, зверски расправился с ее вождями Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург, и вошел в историю под именем «кровавой собаки Носке».

В заключение данной главы необходимо отметить, что уподобление выродков рода человеческого собаке является, без сомнения, тяжким и незаслуженным оскорблением для доброго, верного и преданного животного.

Собаки в мифах и легендах древних цивилизаций

«Разумом собаки держится мир»
Из Авесты

Захоронение человека и собаки (Китай, бронзорвый век)

Быть может, самое точное и полное представление о роли собак в человеческой жизни содержится не в художественной литературе, а именно в мифологии. Уж во всяком случае, более обобщенное и сущностное – это несомненно. Именно по мифологии отчетливо видно, как с развитием сознания человека собака занимает в нем все более значительное место, и как от примитивных представлений первобытных народов человек переходит в отношении собаки все к более тонким, философским понятиям и различениям.

Религиозные представления о собаке начали складываться приблизительно в эпоху мезолита, примерно 11 тысяч лет назад, то есть именно в то время, к которому относятся и первые обнаруженные собачьи захоронения. Этот период характеризовался обожествлением природных сил и поклонением духам, и именно тогда собака сразу же заняла свою главную нишу – защитника от злых духов.

Самое первое мезолитическое захоронение – старик со щенком – обнаружено в Эйнане (Палестина); в неолите их уже гораздо больше, а бронзовый век, ознаменовавшийся помимо изобретения бронзы, еще и специализацией собак, уже дает картину подобных захоронений от Центральной Европы до Китая и от Чукотки до Месопотамии. (Картинка с захоронением) Конечно, первоначально этот обычай зижделся на понимании собаки как личной вещи, но очень быстро ее функция защитника проявилась и здесь. Причем, интересно, что поначалу функция эта применялась лишь к детям. Так, например, на Гавайях собаку убивали в случае смерти младенца, рассчитывая, что она будет оберегать его еще слабую душу. А эскимосы как символ защиты помещали в могилы детей собачьи головы.

Но очень быстро для защиты от дурных загробных сил собак начали хоронить и со взрослыми, а потом собака стала не только стражем, но и посредником между людьми и духами. Возник двухсторонний процесс. С одной стороны, расширялись функции собаки в реальной, бытовой жизни (перевозка грузов в северных районах, охота и пастьба – в центральных и разведение в пищу – в южных). С другой – закономерно увеличивались и ее магические функции; собак начали умервщлять, дабы испросить выздоровления (нивхи), для получения пищи в голодные времена (нганасаны), для успешной охоты (ирокезы) и для охраны и покровительства жилища. Именно из последнего выросли и знаменитые тотемы – виды животных или растений, покровительствующих определенной группе людей. Тотем собаки сохранился до сих пор у ряда индейских племен северной Америки.

Занимая все больше места в жизни человека, собака все еще практически не затрагивала его сердца. Но вот сначала на скалах, затем на стенах, а после и на домашней утвари все чаще появляются изображения собак; конечно, пока они были чисто функциональны и обрядовы, но в них с каждым тысячелетием проступало все больше жизни и индивидуальности. Разумеется, искусство лишь отражало действительность, заключавшуюся во все возрастающем количестве пород и во все более человеческом к ним отношении.

Отдельное место в истории мифологизации собак, безусловно, занимает Египет, где было такое количество пород, какого не встречается больше ни в одном из древних государств. Современная наука признает, что Египет знал никак не менее чем пятнадцать пород, включая охотничьих, пастушьих, сторожевых и священных, чему причиной было не только его географическое и климатическое положение, но и собственно любовь египтян к собакам. Когда в семье умирала собака, то все домочадцы погружались в глубокий траур, в соответствии с обычаем брили головы и длительное время не прикасались к еде. Тело умершей собаки бальзамировали и торжественно хоронили на специальном кладбище. Участники траурной процессии горько плакали и причитали, как при кончине близкого человека.

Такие зачатки личностного отношения и такое бытовое разнообразие не могло не отразиться и на религии – и египетская мифология стала так никем и не превзойденной вершиной обожествления наших братьев.

Гиеновые собаки, борзые и гончие (Древний Египет)

Бог Инпу (Анубис по-гречески) в египетской мифологии был покровителем умерших и почитался в образе лежащего черного шакала или чаще – дикой собаки Саб. Иногда он изображался и человеком с головой собаки. (Вот он – собачий триумф! Вот оно знаменитое «Мы с тобой одной крови»!) Анубис-Саб считался судьей богов, и его почитание из города Каса (Кинополь – город собак по-гречески) очень рано распространилось по всему Египту. В период Древнего царства Анубиса называли владыкой Расетау, то есть тем, кто стоит впереди чертога богов.

Иногда его отождествляли и с богом Исдесом – черной собакой. Согласно более поздним текстам Анубис был главным богом царства мертвых и считал сердца умерших. С конца 3-го тысячелетия до н.э. функции Анубиса переходят к Осирису, а сам он входит в круг богов, связанных с мистериями умирающего и воскресающего бога. Однако Анубис продолжал играть важную роль в погребальных обрядах: его главной функцией была подготовка тела к погребению, то есть бальзамирование и мумификация.

Кроме того, именно – и только – он мог возложением рук и магией превращать покойника в просветленного и блаженного. Он же встречал умерших, проводил сложными путями мимо опасностей, сторожил их, чтобы не дать уклониться от приговора, следил за его исполнением и за тем, чтобы все жертвенные дары были доставлены его подопечным в целости и сохранности. В принципе, Анубис был очень добросовестным и хорошим псом. Братом же его, как и в реальности сельскохозяйственного государства, был бог Бата – бык.

Итак, бог Анубис воплотил в себе все качества идеальной собаки в представлении того времени, оставаясь одновременно и существом хтоническим (связанным с царством мертвых) – и богом блага. В остальных же религиях, как правило, избиралась лишь какая-нибудь одна из двух этих ипостасей собаки. Посмотрим же на них в других древних религиях.

В Ассирии, стране в большей мере воинствующей, чем аграрной и ученой, и разнообразие собак было меньше, и, соответственно, связанных с ними мифов. Пожалуй, единственным представителем собачьего племени в ассиро-шумерском пантеоне является собака, служащая символом богини-врачевательницы, Великой Матери – Гулы. Зато там широко распространились связанные с собаками суеверия. «Если желтая собака вступит во дворец, то это знак печальной судьбы для дворца; если пятнистая собака вступит во дворец, то царь будет просить мир у врага. » Как видно, собаки различаются не по породам, а лишь по масти, а линия собачьих суеверий найдет свое продолжение у греков, а после у средневековых магов, в частности у Агриппы. Но об этом речь впереди.

Несколько лучше обстоят дела у древних индусов. Есть несколько упоминаний о собаках в арийских легендах. Так, например, бог Индра отправляет на край света свою суку – богиню собак Сараму («быструю») отыскивать угнанных демонами небесных коров. Ей это не удается и в дальнейшем она становится матерью двух чудовищных псов

Шарбаров, охраняющих царство владыки мертвых Ямы, про которых в древней погребальной песне приводятся такие строки:

На защиту твоих двух верных псов,
Четырехглазых защитников дорог и мужей,
Доверься им, о, царь Яма, впредь
Пошли им благо и здоровье.

Но в целом Индия осталась – и остается – равнодушной к собакам, оставляя им лишь вспомогательную роль.
В принципе, и весь Восток никак особо не отметил собаку в своих мифах, а тем более, религиях. Если не считать китайских и японских годовых циклов, один из которых назван именем собаки, то можно отметить только китайского бога-врачевателя Вэй-Шан-Цзюня, который всегда являлся со своей собакой по кличке Черный Дракон на поводке.

Гораздо более интересно положение собаки у древних персов. В Авесте, древнеиранском религиозном памятнике, утверждается, что все собаки обладают таинственной силой в борьбе против божеств мрака и зла, а также против всех злых духов. Жизнь собаки ценится наравне с человеческой жизнью, и поэтому физическая расправа с ней наказывалась не только материально, – в виде штрафов, – но и мистически: «душа того отойдет в муках и болезнях с этого мира в подземный».

Читайте также:  Сушилка для собак: как забота о питомце вдохновила девочку

Изображение собаки на древнегреческой вазе

А добрый бог Агура вещает так: «Собаку сотворил я в собственной одежде и в ее собственной обуви, с острым чутьем и острыми зубами, привязанной к человеку для защиты стад, и с телом, приспособленным для того, чтобы нападать на врага…. Не стояли бы тогда прочно жилища, построенные на земле Агура, не будь собак, охраняющих скот и селения».

Кроме перечисленных обязанностей, в Иране никто не отменял и мистического занятия собаки: сопровождения умершего в качестве посланца бога смерти. И все-таки, несмотря на некоторые хтонические функции, в целом собака у персов является порождением Ормузда, то есть добром и благом.

Но настоящий мифологический собачий расцвет приходится, конечно, на времена древней Греции. Этому, несомненно, предшествовало возросшее участие собак в жизни греческих граждан и полисов. Собаки не только сторожили дома и охотились, но стали настоящими спутниками своих хозяев. Древнегреческий пес был полноправным участником пиршеств, он следовал за хозяином на общественное собрание и в спальню любовницы, а затем и на погребальный костер. Более того, именно в Греции собаки стали стражами храмов. И именно греки первыми соединили в отношении собаки функциональность и чисто человеческую привязанность в современном европейском понимании. Впервые о собаке заговорил голос сердца. (Изображение на чернофигурной вазе)

Оба эти направления соединились у Гомера. Первое воплощено в погребении Ахиллесом Патрокла:
…четырех он коней гордовыйных
С страною силой поверг на костер, глубоко стеная.
Девять псов у царя при столе его вскормленных, было;
Двух и из них заколол и на сруб обезглавленных бросил;
Бросил туда ж и двенадцать троянских юношей славных…
Другое же – во встрече вернувшегося Одиссея его верным псом.
Так говорили о многом они в откровенной беседе.
Уши и голову, слушая их, подняла тут собака
Аргус; она Одиссеева прежде была, и ее он
Выкормил сам; но на лов с ней ходить не успел, принужденный
Плыть в Илион. Молодые охотники часто на диких
Коз, на оленей, на зайцев с собою ее уводили.
Ныне ж, забытый (его господин был далеко), он, бедный
Аргус, лежал у ворот на навозе, который от многих
Мулов и многих коров на запас там копили, чтоб после
Им Одиссеевы были поля унавожены тучно;
Там полумертвый лежал неподвижно покинутый Аргус.
Но Одиссееву близость почувствовал он, шевельнулся,
Тронул хвостом и поджал в изъявлении радости уши;
Близко ж подползть к господину и даже подняться он не был
В силах. И, вкось на него подглядевши, слезу, от Евмея
Скрытно, обтер Одиссей, и потом он сказал свинопасу:
«Странное дело, Евмей; там на куче навозной собаку
Вижу, прекрасной породы она, но сказать не умею,
Сила и легкость ее на бегу таковы ль, как наружность?
Или она лишь такая, каких у господ за столами
Часто мы видим: для роскоши держат их знатные люди».

Евмей рассказывает о талантах удивительной собаки, сетует о ее судьбе и заканчивает философским обобщением о рабстве.
В это мгновение Аргус, увидевший вдруг через двадцать
Лет Одиссея, был схвачен рукой смертоносною Мойры.

Итак, вторая тенденция явно превалирует; ей в сравнении с первой, посвящено в пятнадцать раз больше строк и, к тому же, значительно более проникновенных. Кроме этого, героем впервые избирается именно охотничья собака как существо, имеющее наиболее тонкую связь с человеком.

С реальностью и интимным отношением к собаке связаны и греческие исторические легенды. Так, по преданию, пятьдесят собак спасли от врагов город Коринф. В одну из ночей, когда гарнизон спал, неслышно подошла неприятельская флотилия, и на подступах к городу завязалось сражение с псами, верными своему долгу. Помощь подоспела, когда в живых осталась лишь одна собака по кличке Сотер. Неприятель был разбит, цитадель спасена, а Сотер получил в награду за храбрость серебряный ошейник с надписью «Сотер – защитник и спаситель Коринфа». В его честь был воздвигнут мраморный памятник.

О широком распространении душевного общения человека и собаки в Греции говорит и множество суеверий, сильно превосходящих суеверия ассирийские.

Так, например, во время чумы в Эфесе Аполлоний Пианейский приказал толпе побить камнями одного нищего старика. Когда после казни разрыли груду камней, покрывавшую несчастного, под ней оказался труп собаки. Эпидемия же после этого прекратилась. Плутарх писал, что собака причастна ко всей отвращающей и очистительной обрядности. Для очищения человеку требовалось пройти между частями разрезанной пополам собаки. Иногда вокруг очищаемого обводили щенка.

И народная медицина, и сельскохозяйственный ритуал также свидетельствовали о глубокой вере в отвращающую силу собаки. Так считалось, что желчь черного кобеля защищает дом, окуренный и очищенный от всяких чар. С той же целью окропляли стены кровью собаки и зарывали ее под порогом. Коготь собаки входил в волшебный препарат, делавший человека непобедимым, а пепел сожженного собачьего черепа считался лекарством от многих болезней. Против укуса ядовитых пресмыкающихся помогала песья кровь, при переломах рекомендовалось приложить к ним мозг дружелюбной собаки.

Помет собаки, смешанный с гнилым сыром, предохранял семена и растения от скота, а ее лай обращал в бегство духов и привидения… Но, чем больше собака приближалась к человеку в реальной жизни, тем сильнее отдалялась она от него мифологически. Она перестала иметь отношение к высшим божествам, став лишь знаком низших, хтонических.

Во всей богатейшей древнегреческой мифологи собака встречается в основном лишь как спутник и символ богов и богинь-целительниц (например, Асклепия, в храме которого постоянно содержались собаки), ибо имеет силу исцелять, давать новую жизнь, а ее верность переживает смерть. Самые же известные мифологические собаки существовали все-таки в виде чудовищ. Это Цербер и его брат Орф, произошедшие от арийских Шарбаров.

Первый охранял царство мертвых, (кстати, уже в XIX веке сниженный образ Цербера вывел в своей легенде «Федериго» Проспер Мериме. Герой спускается в царство мертвых, а его борзая сука Маркизелла остается играть с псом-стражем. «Через несколько месяцев Маркизелла произвела на свет множество маленьких чудовищ, среди которых были даже трехголовые…»), а второй служил злому великану. Все-таки от функций охраны и сопровождения мертвых (так, например, Пифагор рекомендовал держать собаку у рта умирающего, поскольку именно это животное наиболее достойно получить отлетающую душу и навсегда сохранить ее добродетели) собаке было никуда не деться, что впоследствии привело ее прямо в стан вурдалаков.

Туда же вела дорога и от порождений земли эринний – страшных старух с собачьими головами, и от собак – свиты богини Гекаты, которые бродили безлунными ночами по кладбищам и перекресткам. Кроме того, собака считалась атрибутом Гермеса в качестве посланника бога и все того же проводника мертвых; Ориона сопровождал его пес Сириус, “всевидящий страж”. Собаки Гадеса олицетворяли неприветливость рассвета и сумерек, опасного и демонического времени, когда бродят враждебные силы. Как охотники они посвящались также охотникам Геркулесу и Артемиде. Вот, пожалуй, и все.

Зато именно в Греции собака впервые появляется на монетах – и более того, знаменует собой целое философское течение. Киники («псы») проповедовали полную личную свободу, естественность поведения и презрение к большинству нужд и потребностей. Образцом же им служила жизнь бродячей собаки.

Рим практически не привнес ничего нового ни в человеческую, ни в религиозную составляющую отношения к собаке. Римляне по-прежнему, хотя и в очень небольших объемах, продолжали приносить собак в жертву. Так собаки (желательно крепкие здоровые щенки) отдавались богу войны Марсу, а 23 апреля в праздник, защищающий римскую общину от бедствий, процессия одетых в белое граждан во главе с жрецом направлялась в рощу, где в жертву приносилась рыжая собака как воплощение солнечного жара или ржавчины. Гаруспики тоже продолжали гадать по внутренностям собаки, но уже очень редко, предпочитая других животных.

Остались при собаке и ее хтонические функции в виде того же Цербера в царстве Плутона и в образе ларов, богов общин и земель, изображавшихся двумя юношами в собачьих шкурах и с псами у ног. Единственной новизной стало появление изображения собаки в прикладном искусстве, а также каникулярные дни, названные по звезде Сириус, звучащей по латыни как canicula – собачья. Ее появление 26 июля и первые дни после отмечались в римском календаре отдыхом, а название «каникулы» постепенно распространилось на любые перерывы для отдыха. (картинка фонтана)

Собака все больше уходит в реальную жизнь будущих европейцев, оставаясь в мифологии лишь слабой тенью былой значимости. Однако такое снижение ранга никак не влияло на восприятие собаки как на существо благородное. И только одна-единственная из древних религий объявила собаку дурной и нечистой. Эта традиция принадлежит иудаизму, где даже деньги, полученные за продажу этого «презренного» животного, как и плата проститутки, не могли быть вносимы в дом.

Псами называли лжеучителей, грешников, гонителей, нечестивых и язычников. Но все-таки даже и в Ветхом Завете есть один скромный собачий образ, избежавший брани – это история Товии, взявшего в путешествие с ангелом своего пса. «И отправились оба, и собака юноши с ними». Увы, даже и этот образ не первичен – в нем явственно читается отсылка к собаке Одиссея. (Картина Поллайоло). Итак, эпоха древних цивилизаций и верований подходила к концу, и собака, занимая все большее место в человеческом сердце, переходила из мифологии в область легенд. Но об этом в следующий раз.

Мифы и легенды народов мира — список магические животных (8 фото)

В мифологии каждого народа существует большое количество магических существ и продолжать их список можно, наверное, до бесконечности. Некоторые из них полностью являются плодом фантазии человека, другие же, существовали на нашей планете согласно археологам. Также, у нас есть отдельный раздел мифических существ славян.

Магические животное Индии — Айравата

Вахана (санскр. वहन, vahana IAST от санскр. वह, «восседать, ехать на чём-либо») — в индийской мифологии — объект, или существо (персонаж), используемое богами как средство передвижения (обычно — ездовое животное).

Наверняка вы слышали о таких мистические животных как Чуде-юдо, Фениксе, Кентавре, драконах, но известно ли вам, кто такой Айравата?

Это магическое животное родом из Индии. Считается, что это белый слон, который является ваханой Бога Индры. Такая сущность имеет 4 бивня и целых 7 хоботов. Называют эту сущность по-разному — Облачный слон, Боевой слон, Брат солнца.

В Индии существует очень много легенд которые связанных с этим слоном. Люди верят в то, что появился на свет Белый слон после того, как Брахмой были пропеты священные ведические гимны надо скорлупой яйца, из которого вылупился Гаруда.

После того, как из скорлупы появился Айравата, на свет были еще рождены семь слонов и восемь слоних. Впоследствии Айравата стал царем всех слонов.

Мистическое животное Австралии — Буньип

Одной из наиболее удивительных сущностей, известных из мифологии австралийских аборигенов, является Буньип. Считается, что это животное огромных размеров, которое живет на болотах, в разнообразных водоемах.

Существует немало описаний внешнего вида животного. Однако все они очень различаются между собой. Но схожими всегда остаются некоторые особенности: лошадиный хвост, большие ласты и клыки. Считается, что чудовище пожирает любых животных и людей, а излюбленное его лакомство — женщины.

В 2001 году Роберт Холден в своей книге описал как минимум 20 вариаций внешнего вида существа, которые узнал от различных племен. До сих пор такое магическое существо, являющееся опасным врагом человека, остается загадкой. Некоторые верят в то, что он действительно существует. Опираются эти люди на свидетельства очевидцев.

В девятнадцатом-двадцатом веке исследователи действительно видели странных водяных животных, в длину которые были около 5 метров, полтора метра в высоту, с небольшой головой и очень длинной шеей. Однако эти данные так и остались не подтвержденными, а легенда о могучем и коварном магическом существе живет до сих пор.

Монстр из Греции — Гидра

Всякий, кто читал мифы о Геракле, знает, кто такая Гидра. Тяжело сказать, что это просто животное, хоть и магическое. Это мифологическая сущность, которая имеет тело собаки и 9 змеиных голов. Появилось чудовище из чрева Ехидны. Живет такой монстр в болоте около города Лерны.

Одно время такой монстр считался непобедимым, так как, если отрубить ей голову, то вместо неё тут же вырастало еще две. Однако Гераклу удалось победить монстра, так как его племянник прижигал обезглавленную шею Гидры, как только герой отрубал одну голову.

Особенность данного существа также заключалась в том, что ее укус был смертельным. Как вы помните, Геракл опустил свои стрелы в смертоносную желчь для того, чтобы раны, наносимые им, никто не мог излечить.

Керинейская лань

Керинейская Лань это магическое животное богини Артемиды. Лань отличалась от других тем, что у неё были золотые рога и медные копыта.

Основная задача животного — опустошать поля. Это была кара, которая обрушилась на Аркадию, так как местные жители прогневали Артемиду.

Также есть миф, что на самом деле подобных существ было всего пять. Они были огромными, по размеру даже больше быка. Четверых из них поймала Артемида и запрягла их в свою колесницу, но последняя смогла убежать благодаря Гере.

Магический единорог

Наверное одним из самых известных персонажей мифологии является единорог. Такая сущность описывается по-разному различными источниками. Кто-то считает, что у животного тело быка, другие верят, что тело у него лошади или козла. Основное отличие данного существа — это наличие рога во лбу.

Такой образ является символом целомудрия. В современной культуре единорог изображается как белоснежный конь с красной головой и синими глазами. Считается, что поймать данное магическое животное практически невозможно, так как он неутолим и может убежать от преследователей. Однако благородное животное всегда склонится перед девственницей. Удержать единорога можно только золотой уздечкой.

Изображение однорогого быка в первые появилось еще в третьем тысячелетии до нашей эры на печатях и из городов долины Инда. Различные легенды, связанные с данным мифическим существом, встречаются в китайских, мусульманских, немецких сказках. Даже в русских преданиях есть страшный непобедимый зверь, который похож на коня, а вся мощь его заключается в рогу.

В средневековье именно единорогу приписывалось множество самых разнообразных свойств. Считалось, что он лечит от болезней. Согласно преданию, используя рог, можно очистить воду. В пищу единороги употребляют цветы, мед, утреннюю росу.

Нередко любителей всего сверхъестественного и магического задаются вопросом — бывают ли единороги? Можно ответить, что данная сущность — это одно из лучших творений человеческой фантазии. На сегодняшний день нет никаких подтверждений существования подобного зверя.

Ику-Турсо — морское чудовище

В карело-финской мифологии Ику-Турсо — это животное, которое обитало в морских глубинах. Считалось, что отцом этого чудовища является бог громовержец Укко.

К сожалению, детального описания внешности морского чудовища не существует. Однако, известно что описывали его как тысячерогого. Стоит отметить, что весьма часто северные народы именовали рогами именно щупальца. Например: у осьминогов либо кальмаров. Поэтому весьма логично предположить, что тысяча рогов может предполагать наличие тысячу щупалец.

Кстати, если перевести слово «турсо» со старо финского языка, то мы получим слово «морж». Такое существо имеет свой особенный символ, который чем-то напоминает свастику и называется «Сердце Турсаса».

Согласно легенде сущность связана не только с водной стихией, но и с огненной. Есть легенда о том, как существо подожгло стог сена, в пепел которого был посажен желудь и из него вырос дуб.

Некоторые исследователи считают, что это аналог известного многим Чуда-юда. Однако это всего лишь теория.

Небесная собака из Азии — Тяньгоу

В переводе с китайского Тяньгоу означает «небесная собака». Это волшебная сущность в древнекитайской мифологии. Описывается существо по-разному. Считается, что это белоголовая лисица, которая несет в человеческую жизнь гармонию и спокойствие. Люди верили, что защитить существо может от любых бед и нападения разбойников.

Также есть черная, злая ипостась данного существа. Представляли злобного двойника в виде черной собаки, которая живет на Луне и съедает Солнце во время затмения. В мифах упоминается о том, что для того, чтобы спасти Солнце, необходимо бить собак. Тогда животное выплюнет Луну и исчезнет.

Нередко Тяньгоу нападал на маленьких мальчиков, младенцев. Именно поэтому он завоевал врага в лице Чжан-сянь, который является покровителем младенцев мужского пола.

В японском фольклоре Тяньгоу трансформировался в духа Тэнгу. Со временем животное приобрело птичьи и антропоморфные черты. В скандинавской мифологии есть похожее существо — Сколь.

Существует большое количество разнообразных магических животных встречающихся в мифах разных стран. Возможно, наших предков действительно окружали различные удивительной сущности, которые и стали героями местных легенд. Однако, возможно, у наших пращуров было просто очень богатая фантазия. Поэтому верить в магических существ или нет — решать только вам.

Ссылка на основную публикацию